Торможение было не менее мучительным, чем разгон. Пользуясь короткими передышками, Зотик рассчитывал — AstroStory

Торможение было не менее мучительным, чем разгон. Пользуясь короткими передышками, Зотик рассчитывал обычный пиратский маневр, который никогда не давал осечки, если надо было садиться на какую-нибудь планету незаметно. Надо лишь дождаться, когда начнется посадка орбитального модуля рейсового корабля, или, еще лучше, грузовой баржи, и садиться одновременно с ним, держась так, чтобы диспетчерская станция слежения оказалась между модулем и катером. Тогда соседняя станция, контролирующая и дублирующая, будет наблюдать посадку двух объектов, как одного. А первая станция, сконцентрировав внимание на сопровождении рейсового модуля, не слишком внимательно будет смотреть по сторонам, полагаясь на дублирующую станцию. Зотик не знал случая, чтобы подобный способ посадки дал осечку.

Только при входе в атмосферу Шкипер перехватил радиозапрос с полицейского патрульного катера:

— Диспетчерская, вас вызывает семь-Венера-тринадцать. Вы ничего не заметили?

Послышался раздраженный ответ:

— А что мы должны были заметить?

— Мимо вас пролетела какая-то штука.

— Ничего мимо нас не пролетало.

— Возможно, метеорит?

— Возможно… — на том тревога и утихла.

Под катером неслись жуткие экваториальные джунгли Венеры, изредка прерываемые пятнами не менее жутких саванн. Деревья — настоящие горы, по пятьсот-шестьсот метров высотой. Между ними — подлесок, нашпигованный всякой растительной мелочью. Где один куст может быть таким, что заблудишься и выхода не найдешь. От Земных экваториальных лесов, леса Венеры отличались тем, что жизнь в них была сосредоточена не только в кронах деревьев, но и на почве, до которой достигали солнечные лучи, благодаря тому, что огромные деревья, потомки земных дубов, платанов, секвой и прочих великанов, кроны свои не смыкали, а отстояли довольно далеко друг от друга. Поэтому вокруг деревьев-гор всегда буйно росла всякая мелочь, дающая плоды и ягоды, которой кормились растительноядные животные, а ими кормились многочисленные хищники. Так что, в венерианских джунглях жизнь бушевала, начиная с почвы, с глубины метров пять, и до самого верха самой высокой древесной кроны. Да еще в небе парили хищные птицы, размерами соперничающие со старинными самолетами, любимым средством передвижения богачей на отсталых планетах, и летали не хищные птицы, еще больших размеров, а также порхали всякие мелкие летучие твари, охотясь друг за другом и пожирая тонны всякой насекомой мелочи.

Поскольку Венера с выпрямленной осью теперь вращалась с такой же скоростью, что и Земля, Зотик сообразил, что там, где находится ферма мускусных быков, как раз наступает ночь. К тому же они с Арефом уже больше суток не спали. Однако ночевать в джунглях, даже внутри десантного катера было, мягко выражаясь, не очень осторожно. Венерианские твари, и те, у которых рога растут на носу, и те, у которых они растут на лбу, наткнувшись на незнакомый предмет, из чистого любопытства обычно начинают катать его рогами по земле, стучать по нему копытами. Короче говоря, сон будет так же спокоен, как и у мыша в банке из-под пива, которой играют в футбол скучающие мальчишки.

Зотик выбрал огромный, даже по венерианским меркам, дуб с тройной развилкой на высоте примерно метров пятидесяти. Каждый из суков, отходящих от ствола почти горизонтально, был диаметром метров семь-восемь. Катер, ведомый пилотом экстракласса, с одного захода четко прилип к развилке, ухватился за сучья абордажными захватами и замер.

Зотик вылез из противоперегрузочного костюма, сказал:

— Ох-хо-хо… Завтра мышцы будут болеть так, будто по тебе гроган топтался…

Ареф стоял у своего кресла, и колени его явственно дрожали, а одежда была мокрой от пота, хоть выжимай. Однако физиономия светилась торжеством.

Зотик ухмыльнулся:

— Чего сияешь? До меня тебе еще лет восемь тренироваться… Пошли в ванную отмокать, а потом ужинать и — спать, спать, спать…

В крохотной кают-компании, которой считался уютный закуток между биотроном и кухонным комбайном, снабженной столиком, а вместо стульев — рундуками, распаренные после паровой камеры и ванны, вольные астронавты неспешно ужинали. Ради отпразднования удачно проведенной посадки, Зотик достал из капитанского винного погреба бутылку драгоценного вина. Посадка мимо таможни, дело не менее сложное, чем взлет, а потому можно было считать, что полдела сделано. Содержимое бутылки только на свет яркой лампы просвечивало таинственным темно-рубиновым светом, а так казалось совершенно черным. Этикетка была украшена сотнями золотых и серебряных медалей. Судя по всему, вино было не хуже фальского, только раз в тысячу дешевле. Пока Зотик трудился над тугой пробкой, Ареф неодобрительно посматривал на него. В конце концов, когда в бокал полилась рубиновая струя, а по кают-компании поплыл аромат знойного лета и разогретой солнцем земли, Ареф не выдержал:

КОСМОКРАТОР

Моруков Борис Владимирович
СТАТУС: Космонавт Института медико-биологических проблем. ДАТА И МЕСТО РОЖДЕНИЯ: Родился 1 октября 1950 года в Москве. ОБРАЗОВАНИЕ: 1967 г. – средняя школа в Москве; 1973 г. – 2-й …

Вумера (Woomera)
Космодром Австралии. Располагается в Южной Австралии в пустынной местности в районе города Вумера в точке с координатами 31,16 градуса южной широты и 137 градусов восточной долготы. Создан в 1946 го …

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: